Сдернет он тряпье с веревки

и повесится в ночи…

ЭВАЛД(внезапно его лицо озаряется надеждой.) Боже, как же я позабыл о господине Карморане! Вот кто мне поможет!.. Правда, о нем ходят слухи, будто он водит знакомство с самим… Брр! Даже подумать страшно!.. Хотя, наверняка, все это глупости, ерунда, сплетни! Просто никто не любит богатых людей. А он сказочно богат! С утра до ночи считает-пересчитывает деньги… Очень деловой и занятой человек! К тому же – дядя моей любимой!.. Гм!.. С одной стороны, просить у него такую сумму – дело безнадежное, если не сказать, безумное, но, с другой… (Надевает плащ, берет зонт.) Надо рискнуть, ибо другого выхода у меня нет Сдернет он тряпье с веревки…(Гасит свечу.)

АВАНСЦЕНА.

Интермедийный занавес.

У одной из кулис – часть забора с глухими воротами. Слышится свист ветра.

У ворот появляется Эвалд, закутанный в плащ. Он робко стучится в ворота ручкой зонта. Тут же за сценой раздается хриплый лай собак, но больше никто не отзывается на стук. Эвалд принимается колотить, что есть силы, по доскам носком сапога.

ЭВАЛД. Эй, господин Карморан! Откройте! Это я – поэт Эвалд!..

Ворота со скрипом распахиваются, и перед Поэтом, дрожащим от холода и страха, появляется господин Карморан.

Вид у него устрашающий: это высокий, толстый, широкий в плечах человек, с рыжей шкиперской бородой и большой лысиной, в Сдернет он тряпье с веревки наброшенном на плечи медвежьем тулупе.

КАРМОРАН(смерив Эвалда с головы до ног хмурым взглядом. Хриплым голосом, сурово). Чего нужно?

ЭВАЛД(лепечет). Я к вам по важному делу.

КАРМОРАН(усмехнувшись). По важному?! А разве есть что-либо важнее моих дел?

ЭВАЛД(искренне). Есть! Важнее всех дел на свете – мой приход к вам!

КАРМОРАН. Важнее всех дел, говоришь?.. (Кричит за ворота.) Цыть, сучье отродье!

Собачий лай смолкает.

КАРМОРАН. Поглядим. Входи, Поэт!.. Но если дело твое окажется пустяковым – я очччень рассержусь.

В ДОМЕ КАРМОРАНА.

Интермедийный занавес поднимается.

Большая гостиная. Пылающий камин. Два кресла.

Карморан и Эвалд входят в комнату.

КАРМОРАН(хохочет Сдернет он тряпье с веревки). Она так и сказала про янтарную карету?!.. Ну, и девчонка, хо-хо!.. Молодчина! Садись!

Эвалд садится в одно из кресел.

КАРМОРАН (подбрасывая в камин несколько березовых поленьев.) Так чем же я обязан твоему приходу в мой дом?..

ЭВАЛД(торопливо). Ваша милость! Я хочу одолжить у вас некую сумму, чтобы купить янтарную карету.

КАРМОРАН(удивленно приподняв густые брови). Ты это серьезно?! (Прямо рукой перемешивает угли в камине.) Хо-хо! Одолжить! У меня! Ха-ха! Да ведь это огромные деньги!.. Тысяч десять золотых, не меньше! (С издевкой.) Чем будешь расплачиваться?!.. (Садится в другое кресло.)

ЭВАЛД(бормочет). Я заработаю… Буду писать стихи Сдернет он тряпье с веревки днем и ночью, испишу стопки бумаги, опустошу бутыли чернил, затуплю связки перьев! Я отошлю стихи во все журналы!.. Но расплачусь с вами скоро, ваша милость!

КАРМОРАН. Глупости! Если твои стихи до сих пор не накормили досыта одного тебя, то уж семью твою – тем более. Но, слава Богу, моя племянница зарабатывает сама, и весьма недурно. В противном случае, ей, бедняжке, с таким муженьком пришлось бы туго! (Хохочет, набивает трубку табаком.) Неужели ты не понял, что Юлия отказала тебе?



ЭВАЛД. Нет! Она согласилась!

КАРМОРАН(скривив губы). Это я уже слышал! (Поднимается с кресла.) Но ведь при этом она поставила тебе Сдернет он тряпье с веревки условия невыполнимые… Уходи и выбрось из головы дурацкие мечты.

Эвалд покорно встает и медленно идет к выходу.

КАРМОРАН (вслед). …И поблагодари судьбу, что я не спустил моих верных псов. Твоя Муза вряд ли узнала б тебя после этого!.. (Внезапно, прищурив левый глаз, как-то странно усмехается. Повелительным жестом, остановив уходящего Эвалда, вновь указывает ему на кресло.) Эй! Я, пожалуй, одолжу тебе эту сумму… Даже не одолжу… Я дам тебе деньги просто так, и дам значительно больше, чем ты просишь… (Смерив его испытующим взглядом.) В обмен на твою Музу.

ЭВАЛД(ошеломленно). Зачем она вам?! Вы тоже пишите стихи?!

КАРМОРАН(самодовольно Сдернет он тряпье с веревки). Писал! В детстве! И очень неплохо! Родители поощряли меня: за каждую рифму давали по монете! А уж родственники и знакомые – те просто захваливали до неприличия! Но я не стал Поэтом, зато с тех пор больше всего на свете люблю деньги.
И никогда не страдал от этого!.. Изредка, впрочем, мне хочется вспомнить детские годы. Юлия говорила, что ты – хороший поэт, а у нее тонкий вкус, я ей доверяю. Что поделать, юноша: писать хорошие стихи и одновременно быть при этом богатым – почти невозможно… Решайся! Но учти: я иду тебе навстречу, ибо для меня эта сделка – просто причуда, для тебя же Сдернет он тряпье с веревки, как я понимаю… (закашлявшись от табачного дыма) вопрос твоей судьбы! Короче: если ты согласен – завтра жду вас вместе с Музой. И не опаздывайте: я рано ложусь спать…

Поднимается с кресла, давая понять оцепеневшему Эвалду, что теперь разговор окончен.

АВАНСЦЕНА.

Опускается интермедийный занавес.

В отличном расположении духа Эвалд читает стихи.

ЭВАЛД


documentaakbstd.html
documentaakcadl.html
documentaakchnt.html
documentaakcoyb.html
documentaakcwij.html
Документ Сдернет он тряпье с веревки